Яндекс.Метрика

Английская эпиграмма

ОПАСНЫЕ СРАВНЕНИЯ Как день безоблачный, ясна, Блистательна, как небо в звездах, Всем одинаково она Принадлежала, точно воздух. Джонатан Свифт [49] 1667–1745

НА АНОНИМНЫЕ ПРОИЗВЕДЕНИЯ Вот вирши без подписи. Критик стремится К ним быть беспристрастным. Ведь он искони Выносит свой суд, невзирая на лица, Конечно, когда неизвестны они.

БЛОШИНЫЕ БЛОХИ [50] Гоббс доказал: везде война! Тебя кусает под одежкой Блоха, а в свой черед она Укушена мельчайшей блошкой. На меньшей меньшая сидит, И все идет ad infinitum [51] . Так и значительный пиит Искусан маленьким пиитом.

СОБОЛЕЗНОВАНИЕ ПОТОМКУ САМОУБИЙЦЫ Мне очень жаль, что напоследок Зарезался ваш досточтимый предок. Или, пожалуй, правильней сказать бы: Зачем он не зарезался до свадьбы!..

* * * – Я думаю, ума достанет Грину… [52] – Писать стихи? – Нет, бросить писанину.

СОВЕТ МИСТЕРА КАРТИ [53]

по случаю выхода в свет его перевода Горация параллельно с латинским оригиналом Спеши купить мой опус! В нем весома По крайней мере половина тома. Уильям Конгрив [54] 1670–1729

* * * Вот Сильвия проснулась, посмотри! И посмотри: на небе солнце встало! Лик Сильвии румянее зари, Глаза яснее водного зерцала. И в этом лике свет, и в лике том. Но ты не стой с красавицею рядом: Коль солнце оживит тебя теплом, То Сильвия тебя погубит хладом. Эйбел Эванс [55] 1679–1737

ЭПИТАФИЯ ДЖОНУ ВЭНБРУ [56] Под сей плитой почиет зодчий Джон. Громоздки были у него строенья. Земля, ты на него дави, как он Тебя всю жизнь давил без сожаленья. Джон Гей [57] 1685–1732

ЭПИТАФИЯ САМОМУ СЕБЕ

Надпись в соборе Эльджин Какая шутка – наша жизнь земная! Так раньше думал я. Теперь я это знаю.

КТО ЕСТЬ КТО Вот бабочка. Но ветреница эта Есть гусеница. Только разодета. Александр Поп [58] 1688–1744

НАДПИСЬ ДЛЯ ОШЕЙНИКА СОБАКИ ЕГО КОРОЛЕВСКОГО ВЫСОЧЕСТВА Я – пес Его высочества, терьер. А Вы, простите, чья собака, сэр?

НА УТВЕРЖДЕНИЕ КОЛЛИ СИББЕРА В ЗВАНИИ КОРОЛЕВСКОГО ПОЭТА-ЛАУРЕАТА [59] Калигула прославился когда-то, А ныне Графтон стал героем дня: Тот произвел в сенаторы коня, А наш министр – осла в лауреаты.

АНОНИМНАЯ ЭПИГРАММА НА КОЛЛИ СИББЕРА При аглицком дворе во время оно Поэтом был поэт, шутом был шут. В наш век скромнее короли живут: Поэт и шут в одном лице у трона.

СОЧИНИТЕЛЮ ЛАТИНСКИХ ЭПИТАФИЙ РОБЕРТУ ФРЕНДУ [60] Ты в длинных эпитафиях своих Такую околесицу несешь, Что в первых же словах почуя ложь, Никто не дочитает остальных.

ОТВЕТ БОЛЬНОГО АВТОРА НА ПИСЬМО РИЧАРДА КРОМВЕЛЯ [61] Когда уныло я смотрел на мир, Меня столь облегчило слово ваше, Что в тот же миг врача я выгнал взашей И отменил назначенный клистир.

* * * Всех удивляет красавица Флора. Как хорошо сохранилась она! Семьдесят лет ей исполнится скоро, А на лице расцветает весна. Но незавидно ее положенье, Ибо она, – о, жестокость людей! – Слишком юна, чтобы вызвать почтенье, Слишком стара, чтоб любезничать с ней.

* * * Из всех красавиц, что почили в бозе, Покоя нет лишь Делии да Розе: Их призраки в том пребывают месте, Где некогда они лишились чести.

НАПРАСНЫЕ УСИЛИЯ Он долго в лоб стучал перстом, Забыв названье тома. Но для чего стучаться в дом, Где никого нет дома?

НА НЬЮТОНА [62] Был этот мир глубокой тьмой окутан. Да будет свет! И вот явился Ньютон. Джон Сквайр [63] 1884–1958

* * * Но сатана недолго ждал реванша, Пришел Эйнштейн – и стало все, как раньше. Сэмюел Уэсли Младший [64] 1690–1739

НА ГОСУДАРСТВЕННУЮ КАЗНУ И ЕЕ СТРАЖУ [65] Сторожа, когда отходят все ко сну, Караулят королевскую казну. На окованных дверях крюки крепки, На тяжелых сундуках висят замки. Но когда заря окрасит небосвод, Кто казну при свете дня убережет?

О ПАМЯТНИКЕ ПОЭТУ БАТЛЕРУ [66] Он умер с голоду, и на могиле Гранитный бюст друзья соорудили. А ведь при жизни ни один сосед Не приглашал поэта на обед. К несчастному несправедливо небо: Он получает камень вместо хлеба! Джон Байром [67] 1692–1763

ТОСТ ЗА ДВОИХ [68] Да здравствует король – Храни его, о боже. И дерзкий претендент Да процветает тоже! Я пью за них двоих, Не зная, кто ж на троне: Законный ли король Иль претендент в короне.

НА СОВРЕМЕННЫХ ГОСУДАРСТВЕННЫХ ДЕЯТЕЛЕЙ [69] К чему ни прикасался царь Мидас, Все в золото он обращал тотчас. А мы, наоборот, металлом сим Владык во что угодно обратим. Джекоб Хилдебранд [70] 1693–1739

ПИСАТЕЛЬ До чтенья не охотник Тит. Он занят: сам стихи творит. Роберт Додсли [71] 1703–1764